3 ноября 1982 года трибунал Московского военного округа признал Ветрова виновным в умышленном убийстве и приговорил его к 15 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Он был лишен воинского звания и наград. Наказание отбывал в Иркутской области. Однако в августе 1984-го в его судьбе произошел новый крутой поворот.

Ветрова сдал лично Франсуа Миттеран, которому досье Фарэвелла помогло в свое время снискать доверие Рональда Рейгана.

11 января 1983 года министерство иностранных дел Франции получило срочную депешу из Москвы. Первый советник посольства Жан-Пьер Массе сообщал, что шифр, которым кодировалась дипломатическая переписка, вот уже шесть лет как взломан: в аппарате телексной связи, которому потребовался ремонт, обнаружено устройство, позволявшее советской разведке получать сигнал еще до шифровки. «Жучок» был замаскирован под конденсатор и передавал сигнал через электросеть. Точно такие же устройства были установлены и в остальных телексах посольства.

Из Парижа в Москву телексы были отправлены железнодорожными контейнерами. Контейнеры были, конечно, опечатаны, но это препятствие советская разведка легко преодолела. За те двое суток, в течение которых груз находился на территории СССР, контейнеры были вскрыты и в каждый аппарат установлен фальшивый конденсатор.

Новость была столь чудовищной, что о ней немедленно, ночью, доложили министру иностранных дел Клоду Шейсону. Тот поставил в известность премьер-министра. Моруа отправился с докладом к президенту.

Когда Миттеран узнал о случившемся, он не нашел ничего лучшего, как учинить массовое выдворение сотрудников КГБ, работавших во Франции под дипломатическим прикрытием. 28 марта во французский МИД для вручения соответствующей ноты в отсутствие посла был вызван советник-посланник посольства СССР Николай Афанасьевский. Когда он осведомился, чем именно вызвана такая суровая мера, начальник канцелярии министерства Франсуа Шерр показал ему копию секретной бумаги госкомиссии по военно-промышленным вопросам. Круг лиц, знакомых с документом, был крайне ограничен. Вычислить «крота» при таких условиях было делом техники.

14 декабря Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Ветрова к смертной казни. 23 февраля 1985 года – по иронии судьбы, в день несостоявшегося три года назад свидания Ветрова со связником – приговор был приведен в исполнение.

Впоследствии перебежчик Виталий Юрченко рассказал американцам подробности уголовного дела Ветрова и сообщил, что Ветров, отбывая наказание, выдал себя неосторожной запиской жене. По словам Юрченко, он читал в рукописи предсмертное письмо Ветрова, в котором тот объяснял свои мотивы ,и которое руководство КГБ намеревалось опубликовать в назидание потенциальным изменникам. Но эффект письма оказался диаметрально противоположным. Мотивы были изложены столь убедительно, что по прочтении письма Юрченко сам решил остаться на Западе. Письмо так и не было опубликовано, даже для служебного пользования. Можно ли верить Юрченко, который затем бежал обратно и во многом остается загадкой для историков разведки – вопрос отдельный...

Помимо совсекретных документов, Ветров передал на Запад имена около 200 сотрудников Управления «Т», работавших в различных странах мира, а также завербованных ими агентов. Работа управления была парализована.

Политическим ответом Рейгана на досье Фарэвелла стала директива NSDD 75 о принципах американо-российских отношений от 17 января 1983 года. Важнейшим пунктом торговой политики документ называл строжайший контроль за экспортом технологий, в первую очередь двойного назначения, и предотвращение их утечек. Доктрина Рейгана состояла в том, чтобы истощить советскую экономику непосильными военными расходами. Эту цель преследовали, в частности, проект создания самолета-невидимки по технологии «стелс» и программа «звездных войн», которая была в большей степени блефом, чем реальностью.

Параллельно с этим Федеральной резервной системе США удалось сбить мировые цены на золото, а на шельфе Аляски было открыто новое колоссальное месторождение нефти, вследствие чего в 1986 году резко упала цена на нефть. Все эти события вкупе и стали внешней причиной перестройки. По крайней мере, так считают американцы.